НОВОСТИ   БИБЛИОТЕКА   СЛОВАРЬ РЫБОВОДА    КАРТА САЙТА   ССЫЛКИ   О САЙТЕ  









28.06.2011

Пелядь в Братском море. Ценная рыба переведена со «стойлового» содержания в прудах на пастбищное

Профессии птицевода, свиновода и всякого прочего животновода для Иркутской области, как и для Сибири в целом, вполне обычны, даже заурядны. Но профессия рыбовода пока ещё несёт оттенок некоторой экзотики. Хочется думать, что ненадолго.

В давнее советское время, при первых опытах пастбищного рыбоводства в Иркутской области, максимальные уловы рыбы, запущенной в Братское водохранилище, удалось довести до 50–70 тонн. В основном это был омуль. Но и малознакомой пеляди добывали около 5-6 тонн. С перестройкой аквакультура практически исчезла. Сейчас возвращается вновь. Чистятся заросшие кустарниками пруды. Возрождается профессия рыбовода. Думаю, что она станет обычной, когда появится у нас, у населения, возможность показать продавцу пальцем на блестящую серебром крупную рыбину в магазинном бассейне и сказать: «Мне вот эту, с красивым плавником, поймайте». Или когда, изучив витрину не с привычно проморожено-перемороженной океанской рыбой, а со свежей охлаждённой пелядью, мы сможем капризно спросить: «Когда она поймана-то? Позавчера?! Ну, нет. Несвежая. Вы бы ещё прошлогоднюю мне предложили!»

Ринат Енин, заместитель начальника Территориального отдела рыбоохраны по Иркутской области, позвонил на прошлой неделе.

– Компания «Байкальская рыба» собирается мальков пеляди в реку Белую выпускать из прудов в Сосновке, это Бельский рыбозавод, – звучит в телефонной трубке. – Мы выезжаем для контроля. В машине есть место, если тема интересует…

Конечно, интересует. Но сразу куча вопросов: почему пелядь? Рыба эта, без сомнения, ценная и вкусная, как все сиговые. Но для наших рек и озёр нехарактерна. Не могу вспомнить ни одного рыбака, который бы хвастался уловом пеляди. И почему «Байкальская рыба»? Эта компания занимается выловом и переработкой рыбы.

– Это довольно уникальное предприятие, – объясняет Ринат Енин по пути в село Сосновка Усольского района. – Они нынче замкнули производственный цикл. Теперь не только вылавливают и перерабатывают, но ещё и воспроизводят рыбные запасы. Взяли в аренду мощности Бельского и Бурдугузского рыбозаводов. Недавно больше десяти миллионов личинок омуля в Байкал, в Слюдянский сор выпустили. Теперь пелядь в реку Белую выпускают.

Скоро выяснилось, что река Белая для подращённых мальков пеляди вовсе не предлагаемая среда обитания, а всего лишь «большая дорога» наподобие той, на которую деревенские жители выгоняют своих коров, чтобы передать их пастуху. В реку мальков выпускают, чтобы они скатились в Братское море, которое станет для них нагульным пастбищем.

Интродукция, вселение в сложившиеся экосистемы чужеродных видов животных или растений, – вещь для природы довольно опасная. Ошибёшься в теоретических расчётах – и вместо повышения биологического разнообразия посеешь беду. Классический пример – когда безобидные, казалось бы, кролики чуть Австралию не съели. Да и элодея канадская, невесть откуда появившаяся в Байкале около полувека назад, породила много неприятностей. Не принесёт ли и благородная пелядь вместо рыбного изобилия беду в реку Белую и Братское водохранилище?

– Пелядь для нашей природы – это чистый акклиматизант, – подтверждает Павел Аношко. – Но опасности для экосистемы она не представляет. Мы такие вещи отслеживаем. Для этого вида на основе научных проработок создано рыбоводно-биологическое обоснование. Оно прошло экспертизу в научных организациях и утверждено Росрыболовством.

Павел Аношко – ихтиолог, значит, в рыбе и её аппетитах разбирается. Но работает не рыболовом и не рыбоводом. Он, как и Ринат Енин, заместитель начальника иркутского отдела рыбнадзора. Объясняет, что в Братском водохранилище, являющимся, по сути, искусственным водоёмом, в отличие от Ангары-прародительницы, сформировалось сообщество так называемых малоценных видов рыб. Вместо тайменя, ленка, хариуса – окунь, щука, плотва. А ещё лещ, карась и что-то подобное. Но дело в том, что все эти рыбы занимают прибрежную зону. Большие пространства открытой воды, где много планктона, рыбой практически не используются. А пелядь – это сиг-планктофаг. Прибрежный корм его мало интересует. Так что карасей он не объест. По кормовой базе пелядь не конкурирует со сложившимся здесь рыбным сообществом.

– Сейчас в Братском водохранилище за год вылавливается примерно тысяча тонн рыбы. Если сюда ежегодно выпускать порядка 70 миллионов мальков пеляди и омуля, то можно получать ещё полторы тысячи тонн продукции, – мечтает Павел Николаевич.

Семьдесят миллионов (если Аношко не оговорился) – это, конечно, круто. Но сегодня, как я понял, мальков в Белую выпускается на порядок меньше. Миллиона, может быть, четыре. А самое обидное, что, как рассказал мне Михаил Кравчук, главный рыбовод Бельского рыбозавода, что из числа выпущенных мальков до половозрелого возраста доживёт, может быть, процентов пять. Это уже станет отличным результатом. Если выживет больше – эффект будет считаться идеальным.

Из этих прудов в 2009 году уже выпускали опытную партию пеляди. М. Кравчук рассказал, что тогда в месте выпуска, чтобы определить естественных врагов мольки, был проведён контрольный облов, показавший, что молодых новосёлов встречают главным образом ельцы (они собрались, наверное, потому что прудовая вода изобилует циклопами и всякими другими рачками) и окуньки. Попалась и одна щучка-травянка.

– Вот такая, – Михаил Александрович разводит указательные пальцы сантиметров, может быть, на 20–25. – Так у неё аж брюхо раздулось. Желудок оказался битком набит нашими мальками…

Рыбья молодь, обалдевшая от сытой и безопасной жизни в прудах, скатываясь в реку, не ждёт опасностей. Но чем эта молодь взрослее, тем быстрее ориентируется в новых условиях, ловчее уходит от хищников. А в этот раз, по признанию Кравчука, рыбоводы решили сбросить в реку мальков чуть раньше, чем планировали изначально. Исследования показали резкое падение кормовой базы в прудах. Похоже, что личинок, закупленных в Новосибирске и Тобольске, выжило больше стандартных 50 процентов, поэтому и корм был съеден раньше расчётного времени.

Давая интервью телевизионщикам, заместитель генерального директора «Байкальской рыбы» Леонид Михайлик, основываясь, возможно, на расчётных данных, говорит, что мальки выросли в среднем до двух-трёх сантиметров. Скромничает. Я попросил, чтобы несколько мальков, утекающих вместе с прудовой водой по специальному каналу в Белую, поймали. Из полутора десятков рыбок, вытряхнутых из сачка в эмалированный тазик, не оказалось ни одного меньше 4-5 сантиметров. Некоторые, как мне показалось на глаз, даже до семи дотягивали. Впрочем, выпуск пруда только-только начался. Не исключаю, что первыми покидают водоём самые сильные и крупные. А мелочёвка ждёт своей очереди. Спросить кого-то об этом не догадался.

Зато спросил, откуда весной в прудах после закачивания в них речной воды берутся дафнии, циклопы и прочий корм для личинок пеляди. Помню, как в школе, чтобы по заданию учителя вырастить для урока природоведения инфузорий и прочую «водяную пыль», я готовил в трёхлитровой банке специальный водный настой из сена. По совету отца (тайком от одноклассников) даже крохотку навоза туда добавил. Зато раствор получился… Не только наш класс, вся школа его потом из любопытства под микроскопами рассматривала.

Оказывается, пруды перед их зарыблением… удобряют. Не хуже, а даже лучше, чем пастбища для скота.

– И навозом тоже, – отвечает Михаил Кравчук. – Из расчёта 2 тонны на гектар прудов. Нынче мы его 200 тонн закупили. Когда вода прогревается до 15 градусов, имеет смысл вносить минеральные удобрения: селитру, суперфосфат. Но мы внесли кормовые дрожжи как белковые добавки. Они эффективнее.

– Сама собой пелядь у нас размножаться не сможет, – продолжает Михаил Александрович. – Достигнув через три-четыре года половозрелого возраста, она осенью вернётся в Белую. Возможно, поднимется по Ангаре до Китоя и других притоков, чтобы отложить икру. Но наши природные условия непригодны для её естественной инкубации.

Этот вид рыбоводства потому и называется пастбищным, что водоёмы используются не для разведения, а для нагула, для выращивания и «откорма» мальков, рождённых в цехах рыбозаводов.

Нынешней осенью иркутские рыбоводы надеются получить партию собственной икры пеляди. Разумеется, не от тех мальков, которых выпустили только что, а от экспериментальной партии, выпущенной в 2009 году. По расчётам ихтиологов, та рыба к нынешней осени как раз достигнет половой зрелости и устремится в реку Белую, чтобы… отдать созревшую икру рыбоводам.

Георгий КУЗНЕЦОВ


Источники:

  1. vsp.ru












© RIBOVODSTVO.COM, 2010-2022
При использовании материалов сайта активная ссылка обязательна:
http://ribovodstvo.com/ 'Рыбоводство'

Рейтинг@Mail.ru